Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Еще одним направлением борьбы женщин за равноправие стал обновленный феминизм, активистки которого отказались от либеральной традиции, в которую уходили корни идеологии их предшественниц. Аргументы в пользу традиционного феминизма всегда носили либеральный привкус и требовали освободить женщину от положения заложницы законов и традиций, не распространявшихся на мужчин. Причем логической истиной провозглашались свобода и равенство, обеспеченные на пути достижения специфических для разных полов целей. Активистки обновленного феминизма прибегли к иной тактике. Они провозгласили расширенный спектр специфических для женщин задач. Например, покровительство лесбиянок означало особый акцент на женском половом раскрепощении. При этом феминистки поставили перед собой целью определение и обнаружение непризнанных фактов применения психологических, имплицитных и узаконенных форм мужской тирании. Все это очень важно, хотя с радикальными элементами таких идей вряд ли согласится подавляющее большинство женщин, не говоря уже о мужчинах.
В обществах некоторых стран наступление феминисток встретили отчаянным сопротивлением. В ряде стран исламского мира существуют практические меры по сохранению исключительного мужского господства, и сторонники остальных основных религий тоже пытаются сдерживать освобождение женщин. Но все-таки совсем в немногих мусульманских странах женщинам навязывают одежду особого кроя, а в некоторых случаях женщины в никабах или даже в чадрах выступают пламенными защитниками прав женщин. Считать такие факты способом достижения разумного компромисса или неловкого равновесия следует, по-видимому, в зависимости от того или иного конкретного общества. Не нужно забывать о том, что резкие разногласия по поводу того, что следует считать приличным в поведении женщин, существовали до недавнего времени и в обществах европейских стран тоже. Такие парадоксы трудно соотносить друг с другом, так как в них иногда присутствует представление о том, что считать единством веры.
Притом что официальная религия и понятие постоянного, неизменного нравственного закона утрачивает или сохраняет в некотором смысле свою регулирующую роль в жизни общества, государство, считающееся третьим влиятельнейшим историческим созидателем общественного порядка, внешне вроде бы гораздо убедительнее удержало свои позиции. Несмотря на все враждебные выпады со стороны противников, оно никогда раньше не пользовалось такой широкой и однозначной поддержкой населения. В мире появилось больше государств, представляющих собой признанные, географически обозначенные политические единицы, претендующие на правовой суверенитет и монополию на применение силы в пределах собственных границ, чем когда-либо существовало прежде; между 1945 и 2010 годами их число увеличилось с 50 до практически 200. Больше, чем когда-либо прежде, народ видит в правительстве надежду на сохранение свого благополучия, а не просто неизбежное зло. Политика как соперничество по поводу захвата государственной власти иногда явно подменяет религию (иногда она даже затмевает рыночную экономику), играющую роль сосредоточения веры, способной подвигнуть народ на то, чтобы свернуть горы.