Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Петр Великий эту традицию безжалостно поломал. Ему нужны были специалисты новых профессий: корабельные плотники, литейщики для изготовления орудийных стволов, учителя, конторские служащие, профессиональные солдаты. И он предоставлял им соответствующие льготы.
В сфере государственного управления он порвал с прежним установлением наследственной государственной службы и попытался учредить нормативы отбора бюрократии по принципу личных заслуг. Он открыл училища для привития технических навыков и основал Академию наук, тем самым внедрив представления о науке в России, где просвещением народа до того времени занимались церковники. Как и многие другие великие реформаторы Европы, он к тому же потратил много сил на навязывание подданным привычек, на первый взгляд кажущихся игрой капризов правителя. Придворных заставили носить европейское платье; боярам приказали избавиться от традиционных длинных бород, и женщинам пришлось на людях появляться разряженными по последней немецкой моде. Кто-то считает, что в стране с таким разнообразием традиций, как Россия, без радикальной ломки сознания народа Петру было не обойтись. Всеми своими свершениями Петру Великому пришлось заниматься практически в одиночку, и в конечном счете его достижения потребовали преодоления мощного сопротивления. В его распоряжении, кроме самодержавной власти, находилось совсем немного других инструментов. Прежнюю Думу, или совет бояр, он распустил, а вместо нее созвал сенат, в который сам же назначил заседателей. Петр приступил к разрушению связи между землевладением и государственной властью, между суверенитетом и собственностью, а также двинул Россию к новому государственному устройству в виде многонациональной империи – семьи народов. Любое сопротивление он решительно подавлял силой, но гораздо сложнее Петру Алексеевичу давалось избавление подданных от косного склада ума; в распоряжении у него находился только лишь административный аппарат и средства сообщения, которые любому современному правительству покажутся абсолютно непригодными для решения задач управления государством.
Самым наглядным показателем успеха модернизации служит новая военная мощь России. Вторым по значимости назовем фактическое низведение церкви до статуса государственного департамента. Испытания посложнее пройти мимо нам трудно. Реформирование системы просвещения подавляющего большинства русского народа не коснулось, зато оно явно отразилось на судьбе технического персонала и кое-кого из представителей высшего сословия. Его результатом стало переориентирование на Запад взглядов столичного дворянства, сосредоточенного в Санкт-Петербурге; к 1800 году эти дворяне в своем большинстве владели французским языком и предпочитали общаться на нем, причем иногда они следили за последними веяниями передовой мысли в Западной Европе. Но они часто раздражали провинциальное мелкопоместное дворянство и поэтому оказывались в культурной изоляции как инородное тело на территории народа, жившего по своим правилам. Массе русского дворянства на протяжении долгого времени никакой пользы от новых училищ и академий не было. У основания социальной шкалы массы русского народа остались неграмотными; те, кто научился читать, овладели грамотой на самом элементарном уровне, доступном в церковно-приходской школе сельского священника. Подчас такой примитивной грамотой овладевало всего лишь одно поколение семьи. Появления в России всеобщей грамотности придется ждать до XX века.