Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
В советском обществе после смерти Сталина наступила некоторая передышка. Речь Хрущева на XX съезде КПСС никак нельзя было заболтать, даже притом, что во многом ее цель состояла в том, чтобы отвести критику от тех (как самого Хрущева), кто выступал в роли добросовестных исполнителей указаний Сталина. (Знаменательно, что тело вождя извлекли из Мавзолея Ленина, считавшегося национальной святыней.) Затем наступил период истории СССР, названный «оттепелью». Тогда писателям и художникам разрешили немного больше свободы выражения своего мнения, в то же время руководство страны озаботилось по поводу его восприятия в мире как гонителя евреев. Но все это выглядело личными и внесистемными причудами: либерализация зависела от того, к кому прислушивался в тот момент Хрущев. Более или менее ясным представлялось только то, что после смерти Сталина, особенно на протяжении эпохи правления Хрущева, компартия снова возникла в качестве намного более самостоятельного фактора советской действительности. Авторитарная природа советского политического строя тем не менее казалась неизменной, и на что-то иное тогда рассчитывать не приходилось.
Теперь это может показаться странным, но на какое-то время вошло в моду говорить, что Соединенные Штаты и Советский Союз становились более похожими и что их похожесть означала приемлемость для Запада советской политики, утратившей свой угрожающий характер. Сторонники модной тогда теории конвергенции делали ошибочный акцент на непреложной истине, заключавшейся в том, что Советский Союз располагал развитой экономикой. В 1960-х годах кое-кто из европейцев на левом политическом фланге считал социализм приемлемым путем к модернизации. Но они часто упускали из виду неэффективность и диспропорции советской экономики.
Притом что советская промышленная мощь заключалась в отраслях тяжелой индустрии, потребительский сектор в Советском Союзе по сравнению с американским оставался в запущенном состоянии и выглядел бы еще слабее без дорогостоящей системы дотаций. Сельское хозяйство, когда-то кормившее жителей городов Центральной Европы и заплатившее за индустриализацию, пребывало в затяжном упадке; как это ни парадоксально, правительству Советского Союза приходилось даже закупать американское зерно. Официальной программой Коммунистической партии Советского Союза, одобренной в 1961 году, предполагалось к 1970 году обогнать Соединенные Штаты по объему промышленного производства. Ничего подобного не произошло, зато задачу, поставленную президентом Кеннеди в том же самом году, – доставить человека на Луну американцы успешно выполнили. И все-таки по сравнению с развивающимися странами СССР, несомненно, обладал громадными богатствами. Несмотря на бросающееся в глаза различие между ними с точки зрения обывателя с его представлениями об обществе потребления, народам более бедным США и СССР иногда виделись одинаково состоятельными государствами. Многие советские граждане тоже больше внимания обращали на отличие между их разрушенной и ограбленной страной, какой она выглядела в 1940-х годах, и ее состоянием в годах 1970-х, чем на сравнение с благополучными США.