Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Главное в этом деле не переусердствовать. Сотни, если не тысячи злодеев продолжают по всему свету совершать жестокие и безжалостные поступки, и практически не приходится надеяться на то, что их когда-нибудь удастся призвать к ответу. Международная преступность представляется понятием, идущим вразрез с государственным суверенитетом, и американцы ни при каком своем мыслимом президенте не собираются признавать юрисдикцию международного суда над собственными согражданами. Зато сами американцы в 1990-х годах однозначно приспособились к революционным целям внешней политики под якобы нравственными предлогами, когда активно занялись свержением правительства Саддама Хусейна и Слободана Милошевича. А теперь они взялись за организацию сил против терроризма, причем в Вашингтоне откровенно планируют дальнейшее вмешательство в дела суверенных государств.
Как бы то ни было, во внутренних делах правительства на протяжении 200 или 300 лет пользовались все расширявшимися полномочиями для выполнения всего, о чем их просили. Позже, то есть во времена экономического бедствия в 1930-х годах и великих войн, потребовалась мобилизация громадных ресурсов и очередное расширение властных полномочий правительства. К такого вида силам к тому же добавляются требования того, чтобы правительства косвенно повышали благосостояние своих подданных и занимались предоставлением услуг, либо раньше неизвестных, либо в прошлом доверявшихся частным лицам. Государство всеобщего благоденствия на самом деле существовало в Германии и Великобритании до 1914 года. За последние 50 лет доля ВВП, отчуждаемая государством, резко увеличилась практически повсеместно. К тому же поступил призыв заняться модернизацией. Народы лишь немногих стран за пределами Европы достигли всего этого без направляющих указаний сверху, и даже в Европе народы ряда стран обязаны своей модернизацией по большому счету правительству. Выдающимися образцами великих достижений XX века считаются Россия и Китай, то есть две великих аграрных страны, народы которых искали и нашли путь к модернизации через государственную власть. Наконец, техника посредством совершенствования средств связи, повышения разрушительной силы оружия и практически всеобъемлющих информационных систем позволила получить выгоду тем, кто мог потратить на нее больше всего денег, а именно правительствам.
Совсем не так давно даже величайшая из европейских монархий не располагала возможностью для проведения переписи населения или образования единого внутреннего рынка. Теперь государство, по сути, присвоило себе монополию на основные инструменты физического контроля над своими гражданами. Еще 100 лет назад полиция и вооруженные силы правительства, не затронутого войной или не подточенного заговорами, обеспечивали в стране полный покой; с помощью современных технических средств нарушить такой покой практически невозможно. Новые репрессивные приемы и вооружение тем не менее составляют только вспомогательную часть мощи государства. Вмешательство государства в экономику через свою роль потребителя, инвестора или планировщика, а также совершенствование средств массовой связи в форме, которая оставляет в высшей степени централизованный доступ к населению, в совокупности играют громадную роль. Использование Гитлером и Рузвельтом широковещательных радиоканалов в своих целях (пусть даже совсем не совпадающих) и попытки регулирования экономической жизни так же стары, как само правительство.