Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Как только наступил XX век, появилась большая вероятность того, что в случае возникновения войны между Австрией и Россией к ней присоединятся Германия и Франция. Более того, немцы приблизили такую вероятность тем, что на протяжении нескольких лет оказывали покровительство туркам. Такое поведение немцев гораздо больше тревожило русских, чем раньше, потому что растущая внешняя торговля зерном из черноморских портов России должна была идти через проливы Босфор и Дарданеллы. Русские занялись укреплением своей военной мощи. Важный шаг на этом пути состоял в завершении сооружения железнодорожной сети, позволявшей проведение мобилизации и доставку на театры военных действий Восточной Европы мощных армий России.
В складывавшейся обстановке у властей Великобритании причин для беспокойства вроде бы не находилось, разве что немецкие политики злонамеренно возбуждали у них враждебность. В конце XIX века практически все внешнеполитические противоречия Великобритании ограничивались отношениями с Францией и Россией. Они возникали везде, где сталкивались имперские интересы: в Африке, а также Центральной и Юго-Восточной Азии. Отношения между англичанами и немцами, обострявшиеся разве что от случая к случаю, наладить казалось гораздо проще. С вступлением Великобритании в новое столетие ее власти все еще занимались своей империей, а не делами в Европе. Первый союз мирного времени, заключенный британцами с XVIII века, пришелся на Японию. Цель его заключалась в предохранении британских интересов в Восточной Азии. Затем в 1904 году настало время урегулирования затянувшихся споров с Францией; речь, в сущности, шла о договоре по поводу Африки, где Франции следовало предоставить свободу рук в Марокко в обмен на свободу действий Великобритании в Египте (дело касалось присвоения османского наследия). Причем удалось одновременно погасить остальные колониальные споры во всем мире, в частности те, которые портили европейцам жизнь со времен Утрехтского мира 1713 года. Несколькими годами позже британцы заключили сходные соглашения (не такие выгодные для себя) с правителем России о сферах интересов в Персии. Но англо-французское урегулирование отношений переросло в нечто большее, чем устранение всех поводов для споров. Такие отношения стали называть «Сердечным согласием», или Антантой.
Все это было делом рук немцев. Разгневанные заключением англо-французского соглашения министры немецкого правительства решили показать делегации Франции свое отношение к делам вокруг Марокко на международной конференции. У них все прекрасно получилось, но принуждение Франции вылилось в укрепление Антанты; британцы начали осознавать, что впервые за многие десятилетия им придется заняться поддержанием равновесия при неустойчивом состоянии континентальных сил. В противном случае господство на континенте достанется Германии. Но Германия просто отказалась от шанса успокоить британское общественное мнение, занявшись планами построения мощного военного флота. Всем было предельно понятно, что такой шаг направлен исключительно против Великобритании, и никакой другой державы. В результате началась гонка в военно-морском строительстве, которую подавляющее большинство британцев собиралось выиграть любой ценой (если, конечно, не удастся положить ей конец). Соответственно, в обществе все больше разгорались враждебные немцам настроения. В 1911 году, когда разрыв в мощи между флотами этих двух стран оставался минимальным, но больше всего по его поводу переживали в Великобритании, вершители немецкой дипломатии в очередной раз обострили ситуацию вокруг Марокко. На этот раз один британский министр сделал публичное заявление, напоминавшее обещание Великобритании вступить в войну на стороне защитников Франции.