Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Экономическую интеграцию и институциональные нововведения нельзя отделить от культурных изменений. При этом речь идет далеко не только об одних формальных инструментах миссионерской религии, учебных заведениях и государственной политике. На европейских языках, отнесенных к официальным, например, передавались европейские понятия, а также открывалось для образованной верхушки коренных народов наследие не только христианской цивилизации, но к тому же еще светской и «просветленной» европейской культуры. Миссионеры занимались распространением не одной только догмы с оказанием медицинских и образовательных услуг; они к тому же стимулировали критику колониального режима как такового из-за того несоответствия, которое возникало между результатом и намерением по внедрению своей культуры.
С точки зрения европейца XXI века многое из того, что прижилось в мире из навязанного европейскими колонизаторами, можно назвать наследием не самым желанным и прекрасным. Прежде всего напомним примитивный призыв перенимать европейскую одежду, сколь бы нелепой она ни выглядела, но получилось так, что те, кто пытался сопротивляться европейской гегемонии, стали считать ношение европейской одежды отказом от родных традиций и подчинением европейскому образу жизни. Практически повсеместно радикалы и реформаторы выступали в пользу европеизации своих стран. Идеи 1776, 1789 и 1848 годов все еще волнуют активистов стран Азии и Африки, и в мире все еще ведутся дебаты вокруг его будущего на европейских условиях.
Такой необычный итог подчас ускользает из поля зрения. С точки зрения его распутывания 1900 год считается как раз началом, а не завершением всего дела. Японцев считают талантливым народом, унаследовавшим тончайшие художественные традиции, и все-таки они переняли не один только западный индустриализм (что вполне понятно), но и западные художественные формы с западным платьем, отказавшись от всего своего собственного. Японцы теперь считают модными виски и кларет, а китайцы официально почитают немецкого философа Карла Маркса, сформулировавшего систему взглядов, коренившуюся в немецком идеализме XIX века и английской социально-экономической практике. А между тем он практически ничего не говорил об Азии, кроме как с презрением, и никогда в жизни не бывал восточнее Пруссии. Тут обратите внимание на еще один забавный факт: равновесие культурного влияния однозначно склоняется в одну сторону. Мир отдавал в Европу случайные модные штучки, но никакие представления или атрибуты из Европы нельзя сопоставить по произведенному эффекту в мире с остальной экзотикой. Учение Маркса служило мощной движущей силой во всей Азии XX века; последним варягом для европейцев, речи которого звучали так же убедительно в Европе, числится Иисус Христос.