Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Поначалу все сводилось к сосредоточению внимания исследователей на физических явлениях, которые можно было проще всего наблюдать и измерять с помощью имевшихся тогда в их распоряжении технических приемов. Технические новации выросли из медленного, растянувшегося на века процесса приобретения европейскими рабочими нужных навыков; эти навыки теперь можно было применить на решении проблем, которые в свою очередь позволят решать уже иные – интеллектуальные проблемы. С изобретением логарифмов и математического анализа появился инструментарий для совершенствования, например, механизма часов и оптических инструментов. Когда ремесло часовых дел мастера продвинулось далеко вперед с внедрением в XVII веке маятника как регулирующего агрегата, значительно облегчилось измерение времени с помощью точных инструментов и как следствие занятие астрономией. С телескопом пришли новые возможности для тщательного исследования небесного свода; Уильям Харви обнаружил обращение крови в результате теоретического исследования с помощью эксперимента, но как осуществляется это обращение, удалось выяснить, когда под микроскопом получилось рассмотреть крошечные сосуды, по которым текла кровь. Наблюдения с помощью телескопа и микроскопа не только сыграли главную роль в открытиях научно-технической революции, а еще позволили мирянам разглядеть нечто, подразумевавшееся новым взглядом на мир.
Надо признать, что длительное время европейцы не могли провести разграничение между человеком ученым и философом, которое мы, нынешние люди, признаем. К тому же появился на свет новый мир ученых в форме по-настоящему научного сообщества, причем международного масштаба. Здесь мы опять возвращаемся к обсуждению печатного дела. Никто не спорит с важностью оперативного распространения новых знаний. Издание научных книг служило далеко не единственной его формой; вышли в свет «Философские труды» Королевского общества, и начали издавать все больше научных статей и протоколов заседаний прочих ученых обществ. Ученые к тому же вели объемную личную переписку друг с другом, и материалы, содержащиеся в ней, представляют собой наиболее ценные свидетельства того, каким путем фактически происходила тогда научно-техническая революция. Часть тогдашней переписки ученых позже опубликовали; она представлялась более понятной простым людям и пользовалась большей популярностью, чем переписка нынешних ведущих ученых.
Одна особенность той научно-технической революции, бросающаяся в глаза современного человека, состоит в том, что важная роль в ней принадлежала дилетантам и внештатным энтузиастам. Появилось такое предположение, что одним из важнейших фактов, приводимых в качестве объяснения прогресса науки в Европе, тогда как застой поразил даже Китай с его выдающимися достижениями в технической сфере, стала связь его в Европе с общественным престижем как раз дилетанта и джентльмена. В составе ученых обществ, которые начали все шире появляться около середины столетия, насчитывалось множество джентльменствующих дилетантов, которых при всем напряжении воображения нельзя было назвать профессиональными учеными, зато они придавали этим учреждениям не поддающийся определению, но заметный вес своим положением и респектабельностью, причем не факт, что они когда-либо пачкали руки экспериментальной работой.