Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Еще хуже пошли дела у китайцев во Вьетнаме, на территорию которого император Цянлун в 1780-х годах послал свои войска с задачей возведения на тамошний престол предпочтительного для него претендента. Но после покорения численно превосходящей китайской армией северной части этой страны китайцы в скором времени увязли в боях местного значения с закаленными в сражениях отрядами вьетнамских повстанцев. Цянлун приказал своим солдатам стоять до конца, но когда их все-таки пришлось выводить на территорию Китая после сокрушительного наступления вьетнамского войска в 1789 году, с ними покинул Вьетнам не состоявшийся марионеточный правитель. Вьетнамцы отпраздновали вывод китайских войск как собственную победу, но – как и бирманцы – после отступления китайцев поспешили попросить у Цинов вернуть им прежний статус данников Пекина. В памяти вьетнамцев тем не менее наступательные операции 1789 года, совпавшие по времени с празднованием Нового года по лунному календарю (по-вьетнамски – праздник «тет»), превратятся в символ национального самосознания. И этот символ сыграл свою роль в разгроме американских агрессоров 179 лет спустя.
В условиях разлаженности всей внешней политики император Цян-лун ближе к концу своей жизни все больше обращался к внутренним проблемам собственной империи, сосредотачивая внимание на делах двора. Он превратился в страстного коллекционера, собирал, например, часы работы европейских мастеров, а также в пылкого поэта и очеркиста (собрание его сочинений содержит больше 40 тысяч стихотворений и 1300 произведений других жанров). Но постаревший император Цян-лун к тому же допустил несколько неудачных назначений на важные посты придворных фаворитов, в том числе молодого маньчжура Хэсеня, который в качестве фактического министра финансов до основания промотал государственную казну. Нравственное разложение цинского двора к концу правления Цянлуна проникло очень глубоко и достигло состояния, как думали многие китайцы, предвосхищавшего падение многих китайских династий. Китайское общество в конце XVII и начале XVIII века отмечено постепенным увеличением изобилия и общим повышением уровня жизни населения, который к 1800 году выдержал сравнение с уровнем жизни в любой стране мира. Нагляднейшим показателем такого общего процветания служит увеличение численности китайского населения; количество жителей империи в Цинскую эпоху выросло в два с лишним раза и к 1800 году составило около 380 миллионов человек (против, например, 10 миллионов в Британии). Увеличение населения произошло благодаря длительному периоду мирного существования, но следует учесть и повышение урожайности риса и поступление зерновых культур из Нового Света, кукурузы и картофеля в том числе.
Китайское общество изменилось еще во многих отношениях. Наблюдалось расширение рынков и повышение значимости услуг частных торговцев; по имеющимся подсчетам, сразу после 1800 года около трети сельскохозяйственной продукции Китая шло в сферу своего рода рыночного обмена. По мере наращивания производства изделий кустарного промысла пошел активный процесс урбанизации Китая: в XVIII веке крупнейшим городом мира считался Пекин, но остальные китайские города тоже переживали бурный рост, появлялись новые порты на юге империи, через которые проходил значительный объем торговли с зарубежными странами. Из Китая шел поток чая, шелка и товаров кустарного изготовления, а в Китай поступала оплата в виде серебра (главным образом из Америки) – показатель экономической мощи империи Цян-луна. Но не следует забывать связанной с такого рода торговлей инфляции, ставшей большой обузой для зажиточных аграриев. Цины продолжали полагать, будто они управляют экономикой страны через сбор налогов, регулирование цен и систему государственных закупок, но в действительности все больше на первый план начал выступать частный интерес.