Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Не стоит удивляться тому, что практическая, юридическая и личная свобода в этих обществах больше предназначалась для мужчин, чем для женщин (хотя на дне общества оставались юридически бесправные представители обоих полов). Вне зависимости от наличия благородной или обычной крови европейские женщины Средневековья не могли пользоваться одинаковыми юридическими и социальными правами со своими мужчинами. И такое положение вещей можно наблюдать во всех когда-либо существовавших цивилизациях. Женщин часто ограничивали в правах на наследство; они, например, могли получить по наследству феодальное владение, но личного дворянского звания им не полагалось; для выполнения обязанностей, сопровождавших наследство, женщину обязывали нанимать мужчину. На всех сословных уровнях, кроме верхнего, женщинам поручалась самая тяжелая работа, которой всегда хватало; даже в XX веке можно было встретить европейских крестьянок, занимавшихся возделыванием почвы, как это все еще делают женщины в некоторых странах Африки и Азии сегодня.
В основу обоснования подчиненного положения женщин в обществе легли соответствующие теоретические положения, в разработку которых свой огромный вклад внесло духовенство. В известной мере дело касалось традиционно враждебного его восприятия естественной чувственности в отношениях полов. В своем учении церковники никак не могли найти какого-то объяснения человеческой тяги к соитию, кроме задачи воспроизведения рода человеческого. В женщине они видели первопричину падения человека и постоянное искушение похотью и поэтому всем своим авторитетом настаивали на господстве мужчин в обществе. Но этим сказано далеко не все. В остальных обществах пошли еще дальше, чтобы изолировать и подавлять женщин, чем в христианском мире, и его церковь, по крайней мере, предложила женщинам единственную достойную альтернативу в виде домашней жизни, сохраняющуюся до нынешних времен; история религиозной женщины дает многочисленные примеры выдающихся представительниц науки, духовности и управленческих талантов. Положение хотя бы меньшинства родовитых женщин тоже незначительно улучшено идеализацией дамы в кодексе чести поведения рыцарей XIII и XIV веков. В них встречается понятие романтической любви и предназначения мужчины служить предмету обожания. То есть речь идет об очередном этапе на пути к более высокой цивилизации.
По сути, никакая христианская церковь никогда не решалась лишать женщин того, чего она лишалась в культуре некоторых других народов. Глубинные корни того, что представители более поздних поколений станут считать «освобождением» женщин, лежат по этой причине в западной культуре, роль которой во многих странах будет вызывать тревогу, выглядеть диковинной и революционной. Как бы там ни было, такие идеи в Средневековье совсем не отразились на жизни даже самих европейских женщин. Средневековые европейские женщины скорее уравнивались перед смертью, чего нет у богатых и бедных женщин в Азии даже сегодня, и это же самое касается мужчин. Похоже, что женщины жили не так долго, как мужчины, и причиной этого можно уверенно назвать частые роды и высокую смертность во время осложненных родов. Средневековое акушерство, как и остальные области медицины, оставалось на уровне, достигнутом Аристотелем и Галеном; ничего совершеннее никто не придумал.