Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Как и многие правители империй, османы начали с военных завоеваний новых территорий, а не укрепления своего политического авторитета. Зато в отличие от прочих правителей, например китайских или русских, которые внедряли одинаковые учреждения управления, служившие объединению просторных территорий и обеспечению сбора новых ресурсов в виде податей и людских резервов, турки становились хозяевами над обширными территориями с сохранявшимся на них разнообразием жизненных условий, определявших преобладание там центробежных сил. Кроме того, они рисковали из-за угрожающей зависимости от подданных, глубокой лояльностью которых османы по большому счету не пользовались. Османы обычно уважали традиции и атрибуты власти общин иноверцев, которыми они правили в соответствии с системой самоуправления под названием милла через их собственных авторитетных деятелей. Среди подданных османов особенно выделялись православные греки, армяне и евреи, и на каждый народ распространялись собственные условия вассального положения; с греческих христиан полагалась специальная подушная подать, например, а правил ими исключительно их собственный патриарх в Константинополе. На уровнях пониже такие условия просматриваются лучше всего, и касаются они предводителей местных общин, обязанных содержать систему предотвращения грабежей. В конце концов появились такие наиболее могущественные подданные, как правящий паша, заботившийся о благополучии своего собственного гнезда в империи, лишенной скрепов и толковой власти. В таком государстве многие подданные султана никак не связывали свое благополучие с его правлением и особой лояльности к нему не испытывали.
Таким образом, 1683 год послужил знаменательной датой как время последнего сопротивления Европы исламу перед переходом в наступление на него, выглядевшего на первый взгляд совсем не опасным. В дальнейшем ослабление Турецкой державы будет происходить практически непрерывно до тех пор, пока в 1918 году эта держава не вернется в пределы окрестностей Константинополя и древней османской вотчины в виде Анатолии. Снятие осады с Вены польским королем Яном III Собеским сопровождалось изгнанием османов из Центральной и Южной Венгрии, где они правили на протяжении полутора веков. За счет смещения с престола в 1687 году султана Мехмеда IV, которого преследовали неудачи, и передачи власти сменявшим друг друга режимам во главе с великими визирями все-таки не получилось избавиться от турецкой слабости. В 1699 году после заключения первого мирного договора, подписанного османами в качестве потерпевшей поражение стороны, Венгрия снова формально возвращается в состав доминионов Габсбургов. В следующем столетии свободу от власти османов получат Трансильвания, Буковина и практически все государства побережья Черного моря. К 1800 году русские правители провозгласили особое свое покровительство над подданными христианами османов и уже пытались поднять кое-кого из них на восстание. В том же XVIII веке османская власть ослабла в Африке и Азии; ближе к концу этого столетия при внешнем сохранении формы османский халифат во многом напоминал халифат Аббасидов во времена их заката. Марокко, Алжир, Тунис, Египет, Сирия, Месопотамия и Аравия пользовались в различной степени независимостью или полуавтономией.
Наследие Османской империи досталось тем, кого нельзя назвать традиционными опекунами Восточной Европы, и не они нанесли наиболее мощные карательные удары по ней, когда она одряхлела. Речь идет о некогда считавшемся великим польско-литовском содружестве наций в лице Речи Посполитой и Габсбургах. Поляки фактически приближались к концу истории своей собственной страны как независимого государства. Союз Литвы и Польши на фундаменте личных отношений правителей превратили в настоящий союз двух этих стран с большим опозданием. В 1572 году, когда умер последний король династии Ягеллонов, не оставив наследника, обладатель престола стал лицом не только теоретически, но и фактически выборным. На обширные территории мог претендовать кто угодно. Его преемником оказался француз, и на протяжении следующего столетия польский престол на всех выборах оспаривали местные магнаты и иноземные короли, тем временем на эту страну со всей серьезностью и постоянно претендовали турки, русские цари и шведы. Полякам удавалось свободно вздохнуть в редкие периоды времени, когда их враги отвлекались на какие-то еще дела. Шведы пришли на северные земли Польши в годы Тридцатилетней войны, и последний участок польского побережья перешел в их распоряжение в 1660 году. Усугубился и внутренний раскол поляков; с контрреформацией пришли гонения на польских протестантов, на Днепре поднимали мятежи запорожские казаки и продолжались восстания смердов.