Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Самой поразительной особенностью новой европейской системы следует назвать воплощение в жизнь предположения о том, что весь мир делится на суверенные государства. Такое понимание пришло не сразу; Европа XVI века современникам представлялась отнюдь не как территория образовавшихся на ней независимых вотчин под властью собственных правителей, принадлежавших исключительно им. Еще меньше просматривается территориальных образований, в очень редких случаях заслуживающих определения возникшего единства как «национального». Такое определение появляется не только из-за сохранения, образно говоря, музеев ушедшего в историю стиля жизни, зародившегося в Священной Римской империи. К тому же не стоит забывать господствовавшего на заре современной Европы принципа дипломатии под названием династицизм (династическая преемственность).
В XVI и XVII веках в Европе встречались политические единицы в виде государств, по площади не дотягивавшие до земельного владения крупного феодала. Они представляли собой территориальные приобретения, объединенные на протяжении длительного или короткого периода времени путем агрессивной внешней политики, заключения выгодного брака и получения по наследству (то есть в силу тех же самых процессов и законов, которыми создавалось поместье любой частной семьи). Динамику изменения границ можно наблюдать по карте стран Европы, очертания которых менялись по мере того, как те или иные территории переходили по наследству от одного правителя к другому. Жители этих территорий пользовались практически таким же правом голоса, как смерды, жившие на ферме, переходившей из рук одного владельца к новому. Суть династицизма состояла в ведении однообразных переговоров с заключением договоров в связи с возможными последствиями заключения того или иного брака, а также скрупулезном составлении порядка наследования и надзора над его исполнением.
Помимо собственных династически приобретенных интересов правители к тому же затевали споры и развязывали войны на религиозной почве, но все чаще из-за торговых прав или прав на материальные ценности. Кое-кто из них приобрел имущество за рубежом; оно тоже превращалось в усложняющий внешнюю политику фактор. Время от времени вспоминались старинные принципы феодального превосходства. Не будем забывать о роли специалистов в сфере картографии в работе, выходившей за пределы политических принципов, касающихся заселения новых земель или пробуждения национального самосознания. Как бы то ни было, но в общем подавляющее большинство правителей в этот период истории считало себя хранителями унаследованных прав и интересов, которые им предстояло передать потомкам. Они вели себя вполне предсказуемо; правители ничем не отличались от подданных (поодиночке и в составе семей) своих владений. Свою родословную европейцы чтили не только во времена Средневековья, великий век генеалогии в Европе пришелся как раз на XVI и XVII столетия.