Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Но для такого признания потребовалось много времени. На протяжении большей части начала новейшей истории Европы появление современного суверенного государства затмевалось тем фактом, что наиболее распространенной формой правления оставалась монархия. Борьба вокруг полномочий правителей во многом определяет содержание европейской истории на протяжении этих веков, причем иногда вообще трудно разглядеть, что там на самом деле стояло на кону. Притязания августейших правителей, в конце-то концов, можно было оспорить по двум достаточно наглядным причинам: в силу существования недовольства тех, кто считал неправильным предоставление тому или иному правительству полномочий, достойных настоящего монарха (можно сказать, что речь идет о «средневековой» или «консервативной» защите свобод), а также тех, кто допускал наделение правительства такими полномочиями, но опасался их сосредоточения в недостойных руках (так возникла «современная» или «либеральная» защита свободы). На практике эти два аргумента часто сплетаются в плотный клубок, но существующая путаница сама по себе служит показателем смены представлений.
Если отойти от правового принципа, тогда укрепление государства проявится в растущей способности монархов придерживаться своего пути. Подтверждением служит практически повсеместное снижение в XVI и XVII веках роли представительных учреждений, появившихся во многих странах ближе к завершению Средневековья. К 1789 году практически всей Западной (если не Центральной и Восточной) Европой управляли монархи, не чинившие особых препятствий деятельности представительных органов; главное исключение коснулось Великобритании. В XVI веке короли стали пользоваться властными полномочиями, которые средневековым баронам и бюргерам показались бы чрезмерными. Данное явление иногда характеризуется как укрепление абсолютной монархии. Если не преувеличивать возможности монарха в фактическом принуждении подданных к исполнению его воли (для многих могла бы существовать система практических проверок его власти, которые выглядели такими же ограниченными, как средневековая неприкосновенность или представительное собрание), тогда это слово здесь уместно.
Повсеместно или практически повсеместно относительная сила правителей в борьбе со своими противниками с XVI века и дальше несравненно возросла. С появлением новых финансовых ресурсов монархи получили возможность для содержания регулярных армий и артиллерии, применявшихся против вельмож, которым они были не по средствам. Иногда такая монархия пользовалась медленным становлением национального самосознания подданных для обуздания зарвавшихся сановников. Во многих странах к концу XV века в обществе появилось согласие на новое августейшее правительство на том условии, что оно обеспечит мир и порядок. Практически в каждом случае существовали конкретные причины, но почти повсеместно монархи возвысились еще больше над сословием вельмож и подкрепили свои новые притязания на уважение и авторитет с помощью пушек и поборов. Принудительное разделение полномочий с самыми влиятельными подданными, чей статус фактически и иногда юридически требовал назначения на государственную должность, перестало слишком уж угнетать королей. Тайный совет Англии при Тюдорах время от времени являл собой образец меритократии в той же самой степени, что и собрание магнатов.