Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
На заре своего правления османы к тому же не противились ассимиляции редких народностей того времени, предоставив им возможность присоединения к османскому государству и – часто в процессе этого – к превращению в турков. Вероятно, что это дело имело непосредственное отношение к смешению народов как явлению, характерному для тюркской самости уже при прежних тюркских империях. В некоторых случаях в интересах ассимиляции применялась сила, за счет которой формировалась новая национальная идентичность. Но в подавляющем большинстве случаев ассимиляция продолжалась на протяжении долгого времени, которое потребовалось, когда у большинства жителей Анатолии сначала сформировалось тюркское, а затем турецкое национальное самосознание, вне зависимости от наличия тюркской родословной или ее отсутствия. Для остальных жителей превращение в турка означало обращение в мусульманство и переход в услужение османской династии. Последний римский православный градоначальник Канина в Южной Албании по имени Георгий провозгласил себя турком в 1398 году, так что в итоге за его семьей эта должность сохранялась до 1943 года. Причем османы предоставили его родственникам и потомкам массу должностей местных чиновников плюс трех территориальных губернаторов, четырех фельдмаршалов (двух турок, одного египтянина, одного грека) и заодно великого визиря.
Таким образом, османы восстановили великую державу в Восточном Средиземноморье, и XVI век стал великим для исламской империи столетием. Подобное происходило не только в Европе и Африке; пока османы восстанавливали нечто похожее на Византийскую империю, новая держава, тоже напоминавшая о прошлом времени, появилась в Персии. Между 1501 и 1722 годами в Персии правила династия Сефевидов, объединившая все персидские земли впервые с времен вторжений арабов, свергших Сасанидов. Сами Сефевиды, как и их предшественники, персами не были. Со времен Сасанидов получалось так, что завоеватели приходили и уходили. Непрерывность персидской истории между тем обеспечивалась культурой и религией. Границы Персии определялись географией, ее языком и исламом, а не сохранением национальных династий. Сефевиды вели свое происхождение от тюрков, точнее, гази, как и османы, и преуспели одинаково: сторонясь возможных соперников. Первым правителем, которого они дали Персии, был Исмаил (Сефевид), он приходился потомком племенному вождю XIV века, подарившему имя всему роду.
Сначала Исмаил слыл всего лишь самым успешным вожаком группы воинственных тюркских племен и совсем не походил на тех военачальников с запада, пользовавшихся точно такими же возможностями. Наследие Тимуридов с середины XV века растаскивали по частям. В 1501 году Исмаил нанес поражение племенной конфедерации, известной как Ак-Коюнлу (дословно «белобаранные»), вошел в Тебриз и объявил себя шахом. За двадцать лет он сформировал устойчивое государство и к тому же вступил в затяжную конфронтацию с османами, при этом даже обращался за поддержкой в борьбе против них к Священной Римской империи. В его борьбе существовало религиозное измерение, поскольку Сефевиды относились к шиитам и в Персии тоже внедрили шиизм. Когда в начале XVI века халифат перешел к османам, они возглавили мусульман-суннитов, которые видели в халифах истинных толкователей и наставников своей веры. Таким образом, шииты автоматически стали врагами османов. Учреждение Исмаилом вероисповедания своего толка в Персии придало новую особенность цивилизации Персии, которой отводилась великая роль в ее предохранении.