Фрагменты книги: История Византийской империи (Ф. И. Успенский)
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Между тем Ричард — граф Аверсы стал теснить Капую. Он построил поблизости от города три замка и стал досаждать гражданам набегами и разбоями, так что принудил город платить дань норманнам. Такую же участь испытывал герцог Салерно, теснимый со стороны Ричарда и Гумфрида. В Италии не оказывалось более такой политической силы, которая бы могла выступить против норманнов. Со вступлением на папский престол Стефана IX в 1057 г. наступил благоприятный момент для новой попытки против норманнских вождей, среди которых началась вражда, вызванная смертью Румфрида Апулийского и спорами из-за его владений. Роберт Гвискар был избран на вакантный трон, хотя после Гумфрида остался малолетний сын. Но против нового графа Апулии началось сильное движение, так как он стремился наложить зависимость на других норманнов, владевших в Апулии небольшими участками. Роберт тогда же обнаружил стремление поставить норманнских владетелей в зависимое от него положение, чем возбудил против себя большое раздражение. Но в конце концов настойчиво проведенная им цель увенчалась успехом: этим он положил основание для будущего норманнского королевства в Италии. Только граф Аверсы Ричард, принявший скоро затем титул герцога Капуи, отстаивал свою независимость и не подчинялся Гвискару. Стефан думал воспользоваться этими обстоятельствами, чтобы снова вступить в соглашение с византийским правительством ввиду перемен, наступивших в Византии со вступлением на престол Исаака Комнина, и для этого отправил в Южную Италию аббата Монтекассинского монастыря Дезидерия, которому поручил представиться в Апулии дуке Аргиру и вместе с ним идти в Константинополь. Но когда посольство достигло города Сипонто и имело намерение отправиться дальше, до него дошло известие о смерти папы Стефана (март 1058 г.). Посольству предстояло или отправиться дальше согласно поручению умершего папы, или возвратиться назад. Но Дезидерий избрал другой путь. Он явился к Роберту Гвискару и получил от него пропуск на обратное путешествие в Рим. План папы Стефана, таким образом, был оставлен, и с тех пор римская политика по отношению к норманнам принимает совсем новое направление и преследует другие задачи.
Известно, что поворот римской политики объясняется новыми веяниями, идущими от Гильдебранда. Уже при Льве IX он начинает играть видную роль. Когда папа Лев IX на пути в Италию посетил монастырь Клюни, откуда распространялись реформаторские идеи, аббат Гугон посоветовал ему обратить внимание на молодого монаха Гильдебранда и взять его в секретари. Уже тогда этот знаменитый впоследствии церковный деятель проявил глубокую ученость и гениальный ум, уже тогда он наметил оригинальный путь, которым он думал вести Римскую Церковь. Много пап он пережил, оставаясь все тем же секретарем, руководя их политикой и выжидая благоприятного времени, когда планы его могли быть с наибольшей надеждой на успех приведены в исполнение. Скоро новый политический курс сказался в политике Рима. Ричард — граф Аверсы и герцог Капуи был призван принять непосредственное участие в церковных делах Рима. Там одна партия, руководимая Гильдебрандом, избрала в папы епископа Флоренции, принявшего имя Николая II, между тем как другая выставила антипапу в лице Бенедикта X. Гильдебранд обращается к Ричарду, который приходит с норманнами в Рим с целью поддержать Николая II. Первым делом нового папы было назначение Дезидерия кардиналом Римской Церкви и викарием папы для проведения реформ в южноитальянских монастырях. Если Ричард оказался полезным союзником, то отчего не может быть поставлен в такие же отношения и Роберт Гвискар? Вот сущность политической проблемы, прекрасно разрешенной Гильдебрандом. Политический акт, соединивший интересы Церкви и норманнских авантюристов, имел место на Соборе в Мельфи в 1059 г. Здесь предстали норманнские вожди Ричард и Роберт и принесли папе присягу на верность, причем Церковь освятила их завоевания, которые и передала им в качестве лена св. престола. Норманны обязывались охранять владения Церкви и поддерживать на престоле лиц, избранных коллегией кардиналов. Постоянный норманнский гарнизон введен был в Рим для охраны пап. За Робертом признавался титул Божией милостию и св. Петра дука Апулии и Калабрии и дука острова Сицилии, когда она будет завоевана. С своей стороны он давал клятву защищать regalia S.Petri9.
Акт, составленный на Соборе в Мельфи, имеет громадное политическое значение. Гильдебранд пришел к убеждению, что норманны составляют такую силу, которая не может грозить интересам св. престола, если они преклоняются перед его авторитетом, что эта сила скорее может быть полезна папскому престолу, чем вредна, что для интересов папства будет полезнее войти в сношения с норманнами, заключить с ними крепкий союз, соединить их интересы со своими. Обе стороны — и норманны и папы — нуждались во взаимной помощи: первым нужно было получить признание, санкцию от такого авторитета, как авторитет папы, на право существования в Италии; папы нуждались в поддержке против притязаний обоих императоров, посягавших на права св. престола, старавшихся подчинить его своей власти. Они тем более нуждались в таком союзе, что обстоятельства уже близились к эпохе великой борьбы духовной и светской власти. Эти обстоятельства имеют глубокую аналогию с событиями половины VIII в. — с перенесением королевского достоинства с Меровингов на Каролингов, когда в 752 г. папа Стефан III, теснимый с двух сторон лангобардами и греческим экзархатом, действовавшим под влиянием греческих императоров-иконоборцев, так охотно утвердил выбор Пипина Короткого, надеясь иметь себе защитника в новом государе франков.