Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Даже если отделить легенду от исторического эпизода, Бабур при всей его жестокости и двуличии все равно остается одной из самых симпатичных среди великих правителей фигур: необычайно щедрый, выносливый, мужественный, грамотный и чуткий. Он оставил после себя замечательную автобиографию, составленную из заметок, сделанных на протяжении всей жизни, высоко ценимую его потомками как источник вдохновения и руководство к действию. В ней мы открываем правителя, считавшего себя по культуре не монголом, а тюрком, носителем традиции народов, давно осевших в восточных провинциях прежнего халифата Аббасидов. Его вкусы и манера поведения сформировались на наследии принцев персидской династии Тимуридов; его увлечение садами и поэзией пришло из Персии и гармонично выглядело на фоне бытия исламской Индии, дворы которой уже находились под мощным влиянием персидских представлений о норме. Бабур относился к разряду библиофилов, считавшемуся еще одной чертой натуры Тимурида; существует легенда, будто после овладения им Лахором он незамедлительно отправился в библиотеку своего поверженного противника, чтобы подобрать там труды для отправки сыновьям в качестве подарков. Он сам, среди прочего, написал 40-страничный отчет о своих завоеваниях на полуострове Индостан, в котором отдельно коснулся традиций его народов, кастовой структуры и, гораздо подробнее, его дикой природы и цветов.
Этого молодого принца вызвали в Индию его афганские предводители, но он вынашивал собственные притязания по линии рода Тимуридов на полуострове Индостан. Они простирались на установление правления в Индии династии великих моголов; слово «могол» он позаимствовал из персидского языка, которым обозначались монголы, но Бабур присвоил ему свое собственное, новое значение. Изначально он собирался подчинить себе Пенджаб, где несговорчивая знать никак не могла достичь согласия и постоянно плела интриги, но скоро пошел покорять новые земли. В 1526 году он взял Дели после того, как в сражении пал его султан. Через совсем непродолжительное время Бабур подчинил себе тех, кто пригласил его прийти в Индию, причем одновременно он покорял неверных индуистских принцев, попытавшихся воспользоваться удобным случаем для восстановления собственной независимости. Все дело закончилось созданием к моменту его кончины в 1530 году империи, простиравшейся от Кабула до границ Бихара. Обратите внимание на то, что тело Бабура, в соответствии с его завещанием, перевезли в Кабул, где его похоронили в месте, которое он всегда считал своим домом, то есть в любимом саду, а над могилой не стали возводить никакой крыши.
Время правления сына Бабура, беспокойное в силу неустойчивости собственного его характера, отсутствия необходимых качеств и интриг единокровных братьев, желавших по традиции Тимуридов поделить августейшее наследие на манер франкского раздела, позволило убедиться в необходимости особых мер по обеспечению безопасности и укреплению единства вотчины Бабура. За пять лет господства нового правителя его выпроводили из Дели, хотя он возвратился туда, чтобы умереть в 1555 году. Его наследник по имени Акбар, родившийся во время бесцельных скитаний его отца (зато ему составили весьма удачный гороскоп, да еще не появилось братьев-соперников), вступил на престол совсем ребенком. Он унаследовал сначала совсем небольшую часть владений своего деда, но ему предстояло построить на их основе империю, напоминавшую империю Ашоки, и тем самым завоевать трепетное уважение европейцев, присвоивших ему титул Великий Могол.