Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Нация, кажется, была особенно успешной в удовлетворении той жажды, которую не могли утолить другие идеологические наркотики; она великий творец современного общества, сметающий классы и религии, дающий чувство принадлежности и значимости тем, кто чувствует себя брошенным на произвол судьбы в модернизирующемся мире, в котором прежние связи исчезли.
Опять же, как бы ни относиться к неоднозначному восхвалению и порицанию государства как политического атрибута или идеи национализма, мировые политические воззрения по большей части сформированы вокруг изначально европейских концепций, пусть даже с оговорками и наведением тумана на практике, точно так же, как интеллектуальная жизнь в мире все больше вращается вокруг науки, зародившейся в Европе. Никто не станет отрицать, как мы видели это прежде в истории, что культурные заимствования происходят непредсказуемыми путями и чреваты поразительными последствиями. Перенимаемые у народов, изначально их сотворивших, такого рода понятия, как «государство» или «право человека на самоутверждение», произвели эффект, далеко выходящий за пределы намерений, предусматривавшихся теми, кто первыми сознательно поощрял одобрение принципов, по их представлениям лежащих в основе их собственного успеха. С внедрением новых машин, прокладкой шоссейных и железных дорог, освоением месторождений полезных ископаемых, открытием банков и газет общественная жизнь менялась таким образом, которого никто не мог пожелать или предвидеть, а также совсем не теми путями, которые для нее предусматривались. Телевидение теперь служит продолжению когда-то начатого процесса, оказавшегося необратимым. Некогда приемлемые методы и цели получили распространение, и затем началась не поддающаяся контролю эволюция.
Совсем не сложно себе представить, что идеи и технические приемы, изобретенные главным образом европейцами, обретут свою будущую глобальную форму в руках и умах народов, принадлежащих к иной культуре. На самом деле львиная доля информации, которой мы в настоящее время располагаем, служит указанием на такую вероятность, по крайней мере в некоторых областях человеческой деятельности. Большое дело последних 50 лет, как нам представляется, заключается в поступательном смещении богатства и влияния из Западного полушария в Восточное, ускоренном очередным экономическим кризисом. Ничего нового в истории человечества такое смещение не представляет. Во многих отношениях мы являемся свидетелями возвращения к ситуации, существовавшей до XIX века, когда Азия была безусловно самым плодотворным континентом на планете, хотя не всегда при этом самым передовым с точки зрения технического оснащения. И конечно же речь не идет о том, что Европа и различные ее порождения выпадут из контекста истории по мере ее развития. Однако пора бы уже готовиться к тому, что важными столицами будущей глобальной цивилизации станут Пекин и Дели, потеснив Вашингтон, Париж и Лондон.