Фрагменты книги: История Византийской империи (Ф. И. Успенский)
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
/Месяцеслов (Менологий) Василия, составляющий одну из драгоценнейших рукописей Ватикана (Соd. gr. 1613), по всей вероятности, попал в руки иностранной колонии, жившей в Константинополе во время расхищения города в 1204 г. В XIV в. он принадлежал Варфоломею Дэиакомо из Генуи, а потом в XV в. был собственностью Сфорцы, миланского герцога. В XVI в. рукопись находилась во владении фамилии Сфондрато, один из коих, Николо, был кардиналом и потом папой под именем Григория XIV (1590). В 1615 г. знаменитый кодекс был подарен папе Павлу V, вследствие чего ему была обеспечена сохранность и доступность для ученых исследований на будущее время. В 1727 г. последовало издание Менологий кардиналом Альбани (24), а в нынешнем столетии появилось превосходное фототипическое издание этого несравненного памятника византийского искусства (25), которое позволяет благодаря исчерпывающему комментарию, сопутствующему изданию, составить об нем полное представление.
Кодекс состоит из 217 листов пергамента и принадлежит ко времени царя Василия. Цену кодексу сообщают миниатюры, редкие по тщательности исполнения и разнообразия. В настоящее время нельзя больше колебаться относительно принадлежности кодекса именно времени Василия II главнейше потому, что в нем есть несколько святых, живших уже после Василия I. Нельзя с такой же положительностью думать, что в этом Менологий сохранился именно тот [107]/
Глава XIII
СЕМЕЙНЫЕ ОТНОШЕНИЯ. ПАТРИАРХ НИКОЛАЙ МИСТИК И ВОПРОС О ЧЕТВЕРТОМ БРАКЕ. ХАРАКТЕРИСТИКА ЛЬВА VI
Важные события, происходившие на окраинах империи, необходимо отвлекавшие наше внимание к перифериям, не позволяли ознакомиться с ближайшей обстановкой, в какой происходило царствование Льва. Как ни мало зависели внешние события от личной воли царя, тем не менее нельзя не признать, что Лев Мудрый своим личным характером, своими личными склонностями и привязанностями наложил известный отпечаток на историю своего времени. Само собой разумеется, непосредственное влияние этого самодержца, ни разу не принимавшего участия во внешних войнах, выразилось главным образом в сфере дворцовых и внутренних отношений, на подборе высших лиц военной и гражданской администрации, и в особенности на церковных делах, которые, впрочем, весьма тесно связаны были с политикой.