Фрагменты книги: История Византийской империи (Ф. И. Успенский)
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Глава VI
Иконоборческое движение при Константине Копрониме
И чтобы дать более или менее точное представление об иконоборческом движении, мы предполагаем провести историю этого движения при сыне Льва Исавра, не касаясь внешних событий. Царь Константин, не считавшийся вообще с препятствиями во внешней политике, не менее страстности и прямолинейности внес и в церковный вопрос, который, впрочем, не им был поставлен на очередь и не им доведен до окончательного решения. В высшей степени трудно выяснить мотивы, руководившие Константином в его церковной политике. Можно думать, что он не вполне оценил последствия иконоборческой политики и не понял, что она заведет его так далеко. Следует считаться с тем все более и определенней выясняющимся обстоятельством, что само иконоборческое движение получило свое направление далеко не сразу, а постепенно и вследствие сложных условий, вызванных временем и личными характерами исторических деятелей. Нельзя забывать и того, что применение принципа иконоборчества было делом политической и церковной партии, с одной стороны, и исаврийской династии-с другой. И подразумеваемая партия, вербовавшая приверженцев всюду, и сама новая династия, принявшая под свою защиту иконоборческую политику, постепенно привнесли в историю этого движения такие новые элементы, которые не следуют логически из богословских и философских оснований, как они были поставлены в начавшейся борьбе.
По всей вероятности, при Льве Исавре не были строго проведены постановления относительно поклонения иконам. После изданных им эдиктов в 726 и 730 гг., о которых, впрочем, мы очень недостаточно осведомлены, не было предпринято никаких новых распоряжений. Короткое правление Артавазда едва ли могло изменить положение дела, кроме того, его церковная политика, если даже она была искренняя, а не показная, не сопровождалась внутренними реформами. Восток при нем был в брожении и в значительной степени держал сторону Константина, а на Западе эдикты против икон и вообще не имели применения. Таким образом, со времени воцарения Константина V для церковной политики представлялись несколько новые требования, вызываемые изменившимися обстоятельствами. И прежде всего в течение 11 лет по вступлении на престол Константин не решался затронуть церковных вопросов. Правда и то, что это были годы беспрерывных почти войн на восточной и западной границе, годы напряженной деятельности к удержанию внешних врагов на почтительном расстоянии от границы империи. Первые известия о возвращении Константина к иконоборческой политике своего отца относятся к 752 или 753 г. К этому времени переселены были во Фракию павликиане, которые ближе всего стояли к церковным воззрениям иконоборчества, к этому времени также приобретены были значительные успехи над арабами в Северной Сирии.
При оценке мероприятий Константина по отношению к церковной политике следует принимать в соображение, что он не прежде приступил к решительным действиям, как собрав церковный собор, на чем настаивал еще патриарх Терман и ревнители иконопочитания при Льве. Само собой разумеется, это было довольно опасное средство, т. к. собор мог прийти к другим решениям, чем какие имел в виду император, но раз он решился подвергнуть столь важный вопрос обсуждению епископов, собранных от всего христианского мира, то мы должны верить, по крайней мере, что он искренне относился к предпринятому делу и готов был предоставить его обсуждению широких церковных кругов. Во всяком случае, здесь мы можем руководиться довольно точными данными и войти в некоторые подробности бесспорно одного из самых любопытных вопросов в истории Византии.