Фрагменты книги: История Византийской империи (Ф. И. Успенский)
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
До какой степени чувствительны были потери арабов, видно из подсчета, сделанного писателем по отношению к возвратившимся к сирийским берегам кораблям. После страшной бури, испытанной вновь при выходе из Дарданелл, и после разных потерь в Архипелаге возвратилось к берегам Сирии только пять судов. Что касается остатков сухопутной армии, то она высадилась в одной из гаваней Мраморного моря и возвратилась в Дамаск сухим путем; но она потеряла под Константинополем более 100 тыс. и возвратилась в весьма жалком состоянии. Так окончилось это военное предприятие арабов, в сущности в первый раз испытавших такую серьезную неудачу, которая считается событием мировой важности. Греческий историк Лампрос6 сравнивает эти события с греко-персидской войной и называет Льва Мильтиадом средневекового эллинизма.
Несомненно, что имя Льва Исавра должно занимать выдающееся место в истории. Конечно, это был весьма талантливый воин и редкий по способностям государственный человек. В оценке его заслуг нужно, однако, отправляться не из отвлеченных теорий об «эллинизме» или о «цивилизации», как бы ни были сами по себе высоки и ценны эти теории 7, а из реальных потребностей той эпохи и из понимания живых задач, предъявляемых потребностями социальных и духовных течений.
Нам кажется поэтому, что отношение Льва к мусульманскому миру заслуживает более тщательного и глубокого изучения, ибо отсюда до известной степени объясняются и его реформы, и его меры против суеверного почитания икон. И прежде всего следует взвесить громадное развитие политического и военного могущества мусульманства в начале VIII в. Для этого мы должны, прежде чем продолжать знакомиться с политикой Льва Исавра, возвратиться назад и посмотреть на историю калифата после окончательного изгнания греков из Карфагена в 698 г.