Фрагменты книги: История Византийской империи (Ф. И. Успенский)
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Смерть Калоянна (1207) оказалась настоящей катастрофой для его царства. Законный малолетний наследник Иван Асень, сын Асеня I, был спасен от гибели верными боярами; они увезли ребенка сначала к дунайским куманам, потом на Русь. Престолом овладел племянник Калоянна Борил, женившийся на его вдове, которую обвиняли в заговоре против мужа. Но управление наследством Калоянна оказалось не по плечу Борилу, хотя он занимал престол довольно долго (1207 — 1218). Его царство вышло бесславное, слабое, для поддержания своего престола Борил призывал в свою страну то одних, то других из ее исконных врагов. Он являлся к тому же узурпатором престола. Немедленно после убийства Калоянна деспот Святослав, или Слав, владетель Мельника в Родопских горах, провозгласил себя независимым и, будучи родственником Асеней, стал добиваться болгарского престола при помощи латинского императора. Севастократор Стрез, славный князь крепости Просека, захватил большую часть Западной Болгарии, т. е. Македонии, не без помощи сербов. Внутренние враги Борила, бояре, поддержавшие законного наследника, представители национальной партии, засели в дунайской крепости Видине, ставшей очагом движения против узурпатора. Венгры вновь завладели областями Белградской и Браничевской, которые у них отнял Калоянн в 1203 г., и царь Борил не только примирился с этой утратой, но призывал короля венгерского Андрея против бояр в Видине. Венгры действительно завоевали ему Видин, опустошив Северную Болгарию.
Те же самые черты — сначала поражение, потом союз на неравных началах — имели отношения Борила к Генриху.
На Троицу 1208 г. император Генрих получил в своей столице известие о вторжении половцев и влахов Борила. Созвав немедленно войско, Генрих выступил к Адрианополю и решил вместе со своим советом, что надлежит франкам идти разорять страну Борила, чтобы отомстить наконец за смерть императора Балдуина, «бывшую большой бедой для рода Фландрии и Геннегау». Под Веррией у подножия Балкан франки встретились с силами Борила. Влахи напали на рассвете, когда у франков были под оружием лишь передовой и тыловой отряды. Все войско едва не погибло, а под знаменами Генриха были собраны все рыцари Романии и новые, прибывшие из Фландрии, Франции и Нормандии. Рыцарь Лионар по безрассудной гордости бросился один на влахов и погиб бы, но император «по великому благородству сердца и большой храбрости» бросился на своем черном коне один выручать своего человека. Пробившись к нему, он сказал: «Лионар, Лионар! Бог меня да простит, но, кто бы ни считал вас разумным, я считаю вас за безумца и хорошо знаю, что и сам из-за вас подвергнусь порицанию». И император поскакал в одних наножниках, и, когда он возвратился с Лионаром весь окровавленный, дружина была смущена. Старик Петр Дуэ подошел к нему прямо и сказал: