Фрагменты книги: История Византийской империи (Ф. И. Успенский)
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
В этом любопытном эпизоде обнаруживается самая интимная сторона истории Балканского полуострова. В начале XIII в. успеху славянских государств стоит на дороге Венгрия, впоследствии в том же положении становится Австро-Венгрия. И раньше и позже главный рычаг против славян один и тот же, и та же самая перспектива открывается им в усвоении католического обряда и западной культуры. Венгрия тщательно наблюдает, чтобы политическое объединение славян не шло быстро и чтобы ни Болгария, ни Сербия не выходили из пределов небольших княжеств, на которые бы вечно простиралась верховная власть Венгрии. В изучаемую эпоху спорный вопрос решался, однако, в пользу Болгарии, и возлюбленный сын — венгерский король — должен был помириться с тем, что кардинал дал Калоиоанну королевский венец и присудил в его пользу спорные области. Болгария выиграла больше, чем Сербия, в унии с латинством, но католичество и Римская Церковь выиграли на Балканском полуострове не такой важный приз, как это могло бы показаться на первый взгляд.
Глава 4. Четвертый крестовый поход
К концу XII в. ни у кого уже из политических людей не оставалось сомнения, что крестовые походы в Палестину есть праздное дело, не могущее закрепить за христианами Иерусалима. После громадных жертв, принесенных в удовлетворение религиозного чувства, после трех больших походов, в которых принимали участие императоры германские, французский и английский короли, — Иерусалим все же оставался в руках неверных. Сирия и Палестина и горные ущелья Малой Азии поглотили уже до миллиона крестоносцев. Мусульмане издевались над христианами, и последним уже приходила мысль, что Бог не благословляет дело европейского христианства. Но большинство военных и политических деятелей того времени было того мнения, что неудача крестовых походов лежит в систематическом противодействии европейцам со стороны византийского императора: он, говорили, подстрекает мусульман и устраивает засады крестоносцам, он заключает союзы с неверными и всеми мерами вредит успеху и развитию христианских княжеств на Востоке.
Душой и возбудителем четвертого похода был папа Иннокентий III, один из величайших умов, какие только руководили церковной политикой. С первых же дней вступления на престол (9 янв.1198 г.) Иннокентий начал ряд мер, чтобы расшевелить католический мир идеей крестового похода, который, по его мысли, следовало направить не в Палестину, а в Египет, ибо оттуда мусульманство черпало силы для борьбы с христианами. Не довольствуясь обыкновенными и испытанными уже средствами — буллами и письмами к королям и духовным и светским князьям, назначением специальных проповедников по селам и деревням и т. п., — Иннокентий сам подал пример воодушевления крестоносной идеей: он снарядил на собственный счет корабль, снабдил его экипажем и припасами, пожертвовал десятую часть доходов Римского престола на крестовый поход и потребовал отчисления на тот же предмет 1/40 части всех доходов католической Церкви. Но положение тогдашних европейских государств не было благоприятно для организации дела на широких основаниях. Самая отзывчивая страна и всего больше заинтересованная в судьбе палестинских христиан — Франция — не могла на этот раз выставить много охотников, так как борьба Филиппа II Августа с английским королем Ричардом была в полном разгаре и привлекала к себе внимание военных людей. В Германии также голос папы не мог встретить большого сочувствия, так как и здесь шла внутренняя борьба между двумя королями — гвельфским и гибеллинским — и их партиями. Вот почему идея крестового похода находила себе весьма мало приверженцев. В конце 1199 г. первых поборников она нашла все же во Франции. Это были Тибо, граф Шампани, Людовик Блуа и Балдуин, граф Фландрии и Геннегау. Первые два графа как родственники королевского дома своим согласием участвовать в походе в значительной степени обеспечивали успех дальнейшего движения, и действительно к ним скоро присоединились их вассалы и подвассалы. Что касается фландрского графа, его участие объясняется еще фамильными преданиями, ибо фландрские графы со времени первого крестового похода были самыми живыми выразителями крестоносной идеи. Весной и осенью 1200 г. означенные князья неоднократно собирались для обсуждения предварительных мероприятий и для выработки плана похода. Так как прежде всего необходимо было обеспечить себе средства переправы в мусульманские земли, то князья пришли к решению законтрактовать у Венеции как первой тогдашней морской державы достаточное число судов для перевозки крестоносцев в Александрию. С этой целью выбрано было по два уполномоченных от каждого князя для переговоров с Венецианской республикой. Между уполномоченными шампанского графа был маршал Вилльгардуэн, которому мы обязаны главнейше и известиями об этом походе. Французские уполномоченные явились в Венецию в феврале 1201 г. и предложили на усмотрение дожа и его тайного совета желание князей о предоставлении им определенного числа военных и транспортных судов для крестового похода. В марте и апреле велись переговоры, в конце апреля состоялся проект соглашения, который послан был на утверждение папе. Венеция обязывалась в годичный срок доставить такое число кораблей, которое бы в состоянии было поднять и перевезти в Египет 4500 рыцарей, 9000 оруженосцев и 20 000 пехоты по цене 2 марки серебра с пассажира и 4 марки за лошадь227. Платеж суммы в 85 тыс. марок раскладывался на три срока, последний срок истекал в июне 1202 г.