Фрагменты книги: История Византийской империи (Ф. И. Успенский)
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Михаил Кируларий ввиду вызывающих поступков со стороны римских апокрисиариев занял весьма уклончивое положение и далеко не проявил той инициативы, какая была ему свойственна и с которой он начал борьбу. Не можем даже признать, что занятое им положение соответствовало обстоятельствам. Он делал вид, как будто не признавал за легатами полномочий вести переговоры по церковным делам. Внешним формальным оправданием могло служить то, что полномочия послов нарушались со смертью Льва IX, и как новый папа Виктор II был избран спустя целый год, в апреле 1055 г., то можно было рассматривать их полномочия прекратившимися, хотя патриарху нельзя было не считаться с взглядами на это дело царя, который продолжал поддерживать с римскими легатами добрые отношения. Может быть, Михаил Кируларий имел намерение созвать Собор для обсуждения дела, и если бы последующие обстоятельства не произошли так быстро и неожиданно, то он имел бы за себя большинство сочувствовавших ему епископов.
Для характеристики взглядов и отношений патриарха в высшей степени интересны некоторые места в его письме к Антиохийскому патриарху Петру [207], написанном весной 1054 г., уже по смерти папы Льва IX: «Узнав недавно от прибывших сюда из Рима лиц о добродетели, и благородстве, и просвещении ныне умершего папы, разумею же его согласие с нами и лигу против норманнов [208], я изложил ему со всею достаточной почтительностью, как можешь это видеть в настоящем моем письме, свой взгляд на некоторые соблазнительные мнения о христианской вере, между ними распространившиеся. Мы желали частию привлечь его на свою сторону, частию расположить его к оказанию нам помощи против норманнов. Мы вручили свое письмо вестиариту, который отправился к папе с царским письмом, в полной уверенности, что он доставит письма по назначению и принесет на них ответ. Когда же он с этими письмами добрался до магистра и дуки Италии Аргира, то этот искусно обошел его и убедил передать ему письма для скорейшего якобы вручения папе. Как мы имели возможность убедиться, означенный магистр всегда остался верным и своей вере и двоедушию, и во всем настроенный против царствующего города и Ромэйской империи, и в этом случае поступил согласно своим нравам… Он устроил, между прочим, следующую коварную махинацию. Призвав некоторых лиц, на которых мог вполне положиться, — из коих один был бывший епископ Амальфи, лишенный места за неблаговидные дела и уже пять лет находящийся в изгнании, другой только носил имя архиепископа, на самом же деле никогда не занимал кафедры, третий же принял на себя по его убеждению звание канцлера, дабы, опираясь на это римское достоинство как на каменную стену, с полным успехом провести задуманный обман, — магистр снял печати с моей грамоты и, прочитав содержание ее, составил подложную грамоту от папы на мое имя и убедил этих несчастных идти с этими грамотами в Константинополь и предъявить их мне. Они же, вступив в царственный город, прежде всего представились державному и святому нашему царю в величавом и гордом виде, в высокомерном шествии. Затем, пожаловав к нашему смирению, я не могу и выразить, сколько обнаружили они высокомерия, чванства и дерзости. Не сделав ко мне никакого обращения, не удостоив хоть мало склонить свои головы, чтобы принести мне общепринятое приветствие, они не согласились, как это было всегда принято, занять место в присутствии ниже наших митрополитов, считая это оскорбительным для себя. Они не считали возможным подвергнуться какому-либо унижению даже перед лицом царского величества; напротив, величаясь своим званием и превозносясь, они позволили себе явиться во дворец в преднесении креста и хоругвей.
И, как бы ни в чем не повинные, подали мне запечатанное письмо и тотчас ушли. Наше смирение, получив грамоту и распечатав и тщательно рассмотрев, признало ее подложной и наполненной коварными мыслями. В этом мы вполне распознали то, что часто сообщал нам, находясь в столице, Аргир, в особенности его мысли об опресноках, за которые его четыре раза отлучал от общения с Церковью и от причастия». Затем патриарх указывает на полученный им слух, что в Александрии и Иерусалиме продолжают возносить на литургии имя пап, что там совершается литургия на опресноках, и, перечислив главные различия в церковной обрядности, заключает письмо следующим образом.