Дж. М. Робертс, О.А. Уэстад. Мировая история. Перевод Л.Е. Черкасского.
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Но куда ценнее выглядят миллионы случаев, когда местное население перенимало у представителей колониальной или преобладающей державы то, что им больше всего нравилось, и постепенно превращало заимствование в национальную принадлежность (хотя не всегда проделывали это методами, одобряемыми самими европейцами). В зарубежных портах от Танжера до Каира, Стамбула, Бомбея, Сингапура и Шанхая молодые коренные жители приобщались к образу жизни, разительно отличавшемуся от образа жизни их отцов. Возникали непреодолимые разногласия между политикой властей и традиционной системой ценностей, возникали признаки революционной ситуации, терзающие население планеты в XXI веке.
Мир европейцев в 1900 году можно себе представить в виде концентрических колец. В самой середине располагается сама старая Европа, благосостояние и народонаселение которой на протяжении трех столетий росло благодаря, во-первых, совершенствованию мастерства своих собственных талантов, а во-вторых, эксплуатации ради собственной выгоды мировых ресурсов. Европейцы все больше отличались от других человеческих существ тем, что отбирали у прочих народов и потребляли растущую долю мировых благ, а также энергией и умением, с какими они приспосабливали к своим нуждам окружающую их среду. Их цивилизация в XIX веке уже считалась богатой, но ее носители останавливаться на достигнутом не желали. Индустриализация оказалась явлением, способным к подпитке собственного развития и сотворению новых ресурсов; более того, энергия, заключенная в накапливавшемся богатстве, послужила благоприятным условием для присвоения богатства, созданного в остальных уголках мира. Прибыли от сбыта резины из Конго, тика из Бирмы или персидской нефти вернулись в эти страны в виде капиталовложений очень не скоро. Европейская и американская беднота получила выгоду в виде низких цен на сырье, и благоприятное изменение статистики продолжительности жизни служит подтверждением положения о том, что в условиях промышленной цивилизации удалось отыскать возможность обеспечения народам определенной зажиточности. В Европе даже крестьянин мог себе позволить покупку дешевой готовой одежды и инструментов, в то время как его современники в Африке и Индии все еще жили в каменном веке.
Своим богатством европейцы делились со вторым кольцом европейской гегемонии, то есть с носителями европейской культуры, пересаженной на зарубежную почву. Величайшим примером приводят здесь Соединенные Штаты Америки; список продолжается Канадой, Австралией, Новой Зеландией, Южно-Африканской Республикой и заканчивается странами Южной Америки. Не все эти государства одинаково относились к Старому Свету, но вместе с Европой они совершенно определенно составляют пресловутый западный мир, отнюдь не представляющий собой географического единства. Тем не менее его изобретатели попытались выразить важный факт бытия: сходство представлений и атрибутов, лежащее в основе того, откуда они появились. Понятно, что формировались они под воздействием самых разнообразных факторов. Все эти государства окружали совершенно различимые границы, образовались они в условиях конкретной окружающей среды и в силу собственных исторических обстоятельств. Общими для этих государств следует отметить подходы к решению встающих перед их народами задач, а также государственные атрибуты, приспосабливавшиеся под природные условия существования самих стран. Официальной религией во всех этих странах провозглашалось христианство (никогда до XX века никто не заселял новые земли с лозунгами атеизма), отношения регулировались нормами европейских систем права, и у всех их народов имелся доступ к великой культуре Европы через общие языки общения.