Пол Джонсон. Популярная история евреев
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
К тому моменту, когда эти двое встретились (апрель), Натана посетило видение, в нем основное место занимал претендент на роль мессии, которого он помнил по Иерусалиму. Так что когда Зеви в надежде на помощь появился в его доме, Натан счел это знаком свыше. И вместо того чтобы заняться изгнанием из Зеви его демонов, Натан постарался со всей присущей ему изобретательностью убедить Зеви, что его мессианские претензии вполне обоснованны и следует продолжать в том же духе. После этого Натан направил все силы на то, чтобы согласовать биографию и особенности личности Зеви с каноническими и апокрифическими текстами, а также с теорией Лурии – по крайней мере, в том виде, как он ее понимал. Он восславил Зеви как мессию, тот, проникшись убежденностью в этом, немедленно впал в очередную маниакальную фазу и объявил о своем мессианстве публично, держа рядом своего ревностного почитателя Натана. В этот раз его самопровозглашение было воспринято положительно, и вскоре Зеви с царственным видом стал разъезжать верхом по Газе, назначая своих послов, которым надлежало скликать под его знамя все племена Израиля.
Разница между Зеви и предыдущими «мессиями» XVI века состояла в том, что его кандидатура была задумана и представлена не только в соответствии с ортодоксальным учением, в котором он и его импрессарио были большими знатоками, но и облечено это все было в специфическую лурианскую терминологию, которая была в это время хорошо знакома всем евреям. Момент был выбран точно, в соответствии с состоянием общественной мысли. «Пророк» Натан, «светоч святости», так и пылал убежденностью и излучал «научное» знание. «Мессия» Зеви был само обаяние и царственная снисходительность. Это сочетание блистательно сработало в Газе, где раввины дружно склонились перед ними. Менее удачно обернулись дела в Иерусалиме, где многие раввины (включая старого учителя Натана) отвергли претензии и в конце концов добились изгнания нового «мессии». Однако власти Иерусалима постарались оставить себе лазейку и не стали рассылать писем о случившемся в другие еврейские общины. Там, как, впрочем, и повсюду, скептически настроенные раввины старались не осложнять себе жизнь. И, хотя большинство раввинов оказалось втянутым в эту историю, позднее, когда мыльный пузырь лопнул, многие из них стали утверждать, что они не признавали претензий Зеви. Однако, как показал Шолем, документы говорят о другом.
В итоге в 1665 и почти весь 1666 год не прозвучало никакого официального заявления по поводу новоявленного мессии. Написанные прекрасным языком письма с сообщением о происшедшем, которые Натан или писал сам, или объяснил другим, как писать, разошлись по еврейским общинам всего мира, но оставались без ответа. Разумеется, большинство евреев ожидали, что пришествие мессии будет сопровождаться чудесами. Однако такой авторитет, как сам Маймонид, утверждал, что этого не произойдет. Более того, Натан предвосхитил отсутствие чудес, хитро приспособив теорию Лурии. Поскольку, заявил он, мессия был вызван еврейскими молитвами и благочестием, то вполне логично, что для успеха его миссии достаточно веры. А потому ни ему, ни его пророку нет необходимости творить чудеса. На самом же деле предосторожность Натана была совершенно излишней. Чудеса-таки происходили – правда, вечно в другом месте. Причем происходили они в силу еврейской привычки распространять новости о бедствиях и триумфе. Через посредство длинных и возбужденных писем, основанных зачастую на слухах. При этом Константинополь писал в Ливорно о чудесах, которые приключились в Каире, новости о приключениях в Салониках следовали из Рима в Гамбург, а затем в Польшу. Первое известие, которое получили западные евреи, вовсе не было связано с Зеви; оно сообщало о Десяти Пропавших Племенах, которые собираются не то в Персии, не то в Сахаре и направляются в Мекку (или в Константинополь).