Пол Джонсон. Популярная история евреев
Материал предоставлен
в ознакомительных и образовательных целях
Внутри гетто евреи могли вести хотя и изолированную, но интенсивную культурную жизнь. Впрочем, существовало и довольно много межконфессиальных контактов. Примерно в то же время, когда было создано гетто, печатник-христианин Даниил Бомберг организовал в Венеции еврейскую типографию. Совместными усилиями христиане, евреи и выкресты обеспечили в 1520—1523 гг. два прекрасных издания Талмуда, чья нумерация страниц стала с тех пор считаться классической. Евреев-наборщиков и корректоров освобождали от ношения желтой шляпы. Появились и другие еврейские типографии, что позволило печатать не только труды религиозных классиков, но и современные работы. Популярное сжатое изложение великого кодекса Каро, Шулхан Арух, было издано в Венеции, а в 1574 году появилось карманное издание, дабы, как отмечалось на титульном листе, «его было легко держать при себе, чтобы справиться в любое время и в любом месте, будь то на отдыхе или в пути».
Несмотря на чрезмерные налоги, венецианская община процветала. Она подразделялась на три группы: пиренейскую – из Испании, левантийскую (турецкоподданные) и «национе тедеска», т. е. евреев родом из Германии, самой старой, самой большой и наиболее обеспеченной. Они говорили по-итальянски, и только им разрешалось заниматься ростовщичеством. Однако им не предоставлялось венецианского гражданства; даже в конце XVIII столетия закон гласил, что «евреи Венеции и государства, равно как и любые другие евреи не могут претендовать на гражданство или иметь на него право». Шекспир верно отмечал это обстоятельство в «Венецианском купце». То, что у него говорила Джессика по поводу того, что у ее отца, Шейлока, дом полон сокровищ, было вполне правдоподобно. Поколения евреев-ростовщиков накапливали несчетные богатства, особенно драгоценности. чтобы помешать этому, принимались специальные законы против роскоши; у евреев были и свои собственные постановления такого рода, чтобы избежать «зависти и ненависти неверных, взгляд которых останавливается на нас».
Несмотря на всяческие ограничения, в венецианском гетто не было недостатка в веселье. Современник так описывал церемонию празднования Торжества Закона: