Дело о «схеме Долиной» связано с резонансным судебным спором вокруг квартиры народной артистки Ларисы Долиной, которую она продала в 2024 году, а затем через суд вернула себе, заявив, что стала жертвой мошенников. Эта история породила волну аналогичных исков, получивших название «схема Долиной» или «бабушкина схема».
Весна 2024 года. Мошенники связались с Ларисой Долиной, представились сотрудниками правоохранительных органов и убедили её продать квартиру для «содействия в спецоперации» по поимке преступников. Они заявили, что сделка будет фиктивной, а деньги нужно передать «на безопасный счёт».
24 июня 2024 года. Долина подписала документы о продаже своих апартаментов. Покупательницей стала Полина Лурье — 36-летняя предпринимательница. Сделка прошла с участием риелторов и работников банка. Лурье сначала передала Долиной аванс в 1 млн рублей, а после подписания договора купли-продажи внесла оставшуюся сумму — 111 млн рублей. Сделка была зарегистрирована в ЕГРН, право собственности перешло к Лурье.
3 августа 2024 года. Долина обратилась в полицию с заявлением о мошенничестве, указав, что передала все полученные от продажи деньги третьим лицам. Было возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ («Мошенничество в особо крупном размере»).
28 марта 2025 года. Хамовнический районный суд Москвы удовлетворил иск Долиной, признал сделку недействительной и вернул право собственности на квартиру ей. При этом суд не применил двустороннюю реституцию (возврат сторонами всего полученного по сделке), поэтому Лурье осталась без денег и жилья.
8 сентября 2025 года. Мосгорсуд подтвердил законность решения Хамовнического суда.
27 ноября 2025 года. Второй кассационный суд оставил решение в силе.
16 декабря 2025 года. Верховный суд России отменил решения нижестоящих инстанций, признал право собственности за Лурье и направил дело на новое рассмотрение в апелляционную инстанцию. Долиной разрешили жить в квартире до нового решения суда.
25 декабря 2025 года. Мосгорсуд рассмотрел вопрос о выселении Долиной из квартиры. Судья постановил выселить певицу, а её родных — снять с регистрационного учёта. Решение вступило в силу немедленно.
19 января 2026 года. Судебные приставы провели опись имущества, передали ключи Лурье, а Долину и её родственников сняли с регистрационного учёта.
|
Инстанция |
Дата |
Решение |
|---|---|---|
|
Хамовнический районный суд Москвы |
28 марта 2025 года |
Удовлетворил иск Долиной, признал сделку недействительной, вернул право собственности ей. Отказал в применении двусторонней реституции. |
|
Мосгорсуд |
8 сентября 2025 года |
Подтвердил законность решения Хамовнического суда. |
|
Второй кассационный суд |
27 ноября 2025 года |
Оставил решение в силе. |
|
Верховный суд России |
16 декабря 2025 года |
Отменил решения нижестоящих инстанций, признал право собственности за Лурье, направил дело на новое рассмотрение. |
|
Мосгорсуд |
25 декабря 2025 года |
Постановил выселить Долину из квартиры, а её родных — снять с регистрационного учёта. |
В ходе рассмотрения дела была проведена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, которая установила, что перед продажей квартиры Долина не страдала психическим расстройством. Однако на фоне эмоционального напряжения у неё отмечалось изменение психического состояния с формированием расстройства приспособительных реакций, что повлияло на её способность осмыслять действия мошенников и прогнозировать последствия своих поступков.
Верховный суд указал, что нижестоящие инстанции грубо нарушили права Лурье, отменив сделку без возвращения денег. Суд подчеркнул, что при признании сделки недействительной должна применяться двусторонняя реституция, если нет строго определённых законом исключений, которые в данном случае не имели места.
Дело вызвало широкий общественный резонанс и привело к появлению «эффекта Долиной» — волны аналогичных исков, когда продавцы, передав деньги от продажи третьим лицам, добивались возврата недвижимости через суд, оставляя покупателей без жилья и средств.
После этого случая в Госдуму был внесён законопроект, направленный на защиту добросовестных покупателей и ограничение признания недействительными сделок, совершённых под влиянием обмана.